RUS-SAT.RU

Российско-грузинское противостояние, прошедшее в августе 2008 г.  военную стадию, давно перешло в фазу информационной войны. В Грузии подозревают, что Россия помогает местной оппозиции с компроматом на президента Михаила Саакашвили, а тот пытается запустить с территории своей страны телевещание на республики Северного Кавказа, в том числе на чеченском языке. До вещания по-чеченски дело так и не дошло, а вот русскоязычный грузинский канал был создан, но проработал всего несколько дней и столкнулся с препятствиями там, откуда ждал только поддержки, – в Западной Европе.

16 января 2009 года с французского спутника Еutelsat началось вещание «первого кавказского телеканала». Русскоязычный канал покрывал европейскую часть территории России (включая Северный Кавказ), а также другие страны бывшего СССР.

Кроме информационных программ с кавказскими новостями, не нашедшими отражения  на основных российских телеканалах, «Первый кавказский» выпускал в эфир ряд авторских программ, –  в том числе передачу «История в лицах», рассказывающую о сложных страницах взаимоотношений России с народами Кавказа.

Кроме того, руководитель «Центра экстремальной журналистики» Олег Панфилов, получивший недавно гражданство Грузии, вёл программу «Грузия с Олегом Панфиловым». А для ведения программы «Кавказский портрет» редакция пригласила вдову бывшего президента Ичкерии Аллу Дудаеву.

Москва никогда официально не высказывалась по поводу «Первого кавказского»,  однако уже через несколько дней французская компания-оператор сообщила грузинским телевизионщикам, что «тестовое вещание прекращено, и у Eutelsat больше нет технических возможностей транслировать канал». Eutelsat предложил «Первому кавказскому» другой спутник, сигнал которого не покрывает территорию России и СНГ. В Грузии это восприняли как издевательство.

Руководство «Общественного грузинского телевидения», на базе которого  создан «Первый кавказский», заявило, что европейцы поддались на угрозы и шантаж Москвы. Руководитель ОГТ Георгий Чантурия срочно прибыл в Париж, провел пресс-конференцию и заявил в присутствии французских адвокатов, что ОГТ и «Первый кавказский» подают в суд на Eutelsat. Неофициально в ОГТ журналистам заявляли, что Москва использовала для давления на европейцев две параллельные схемы: «Газпром-Медиа» выкупила по чрезвычайно выгодной для продавца цене все те мощности, которыми пыталась воспользоваться Грузия, а одновременно российская сторона пригрозила Eutelsat в случае отказа снять с европейского спутника все российские телеканалы (а их десятки: весь пакет «НТВ+"), трансляция которых приносит Eutelsat около половины выручки.

В скандал вмешался президент Саакашвили, который заявил, устами пресс-секретаря Мананы Манджгаладзе, что «произошедшее – опаснейший прецедент ограничения свободы слова в Европе. Это то же самое, как если бы Грузия прекратила вещание BBC на своей территории».

О ситуации с вещанием «Первого кавказского» Slon.ru беседовал с руководителем телеканала, известным журналистом Зурабом Двали.

– Зураб, продолжаются ли переговоры с французской  стороной?

– Нет. Переговоры прекращены. Французская сторона не выполнила свои обязательства, и наши правовые взаимоотношения разрешит суд, куда мы уже обратились.

– Французская сторона утверждает, что никаких правовых обязательств они не брали, не было никакого договора и речь шла всего лишь о пробном вещании.
    
– Вот, мы с вами – два взрослых человека. Допустим, вы захотели снять у меня одну комнату из моих пяти. Я вам говорю: сегодня 28-е число, можете перенести свои вещи, а первого числа мы с вами оформим контракт. Вы 28-го переезжаете, вещи переносите, я готовлю контракт, передаю вам, вы контракт подписываете, а потом, 1-го числа я вам говорю: «Знаете, приехал дядя из Москвы и вместо 1000 долларов, которые вы мне должны были заплатить, он предлагает 10 000. Так что, идите с глаз долой».

Точно так и развивались события  в нашем случае. Французская сторона  подготовила контракт, в который  были внесены все пункты, включая  тестирование. Были указаны чёткие параметры, на которых должен вещать наш канал. Затем они прислали готовый контракт нам и попросили подписать. Мы его подписали и отослали обратно в Париж. Неожиданно они отказались подписать документ, который ими же был подготовлен.

Согласно  французскому законодательству, когда  одна сторона подготавливает контракт на своём титульном бланке и пересылает другой с просьбой подписать и та подписывает, – контракт считается вступившим в силу.  

– Вы  считаете, что на решение французов  повлияло давление со стороны России?

– Это не только я так считаю. Французы сами об этом говорят. Почитайте, что  пишет «Фигаро», что пишет «Ле Монд». Они прямо пишут, что есть неопровержимые факты давления со стороны Москвы. Кстати, это подтверждают в неофициальных беседах и сами представители Eutelsat и французских дипломатических кругов.

Всё очень просто: именно в тот момент, когда мы отослали контракт обратно, и французская сторона была готова его подписать, «Газпром-Медиа» выкупила значительную часть – 16 штук – транспондеров спутника, став, по сути, его единоличным владельцем. Мы абсолютно точно знаем, что российская сторона предложила и заключила сделку именно в этот момент.  

– Каковы  перспективы удовлетворения вашего иска в суде?

– Французские адвокаты нас обнадёживают и говорят, что на 90%  уверены в успехе. Иначе они бы просто не взялись за «гиблое дело».  

– Французская сторона действительно предлагала вам вещать с других спутников, которые не покрывают ту же территорию?

– Да. И этот факт – ещё одно доказательство нашей правоты и косвенное доказательство того, что партнёры лукавят. Судите сами, опять-таки, исходя их житейского опыта: если у меня не было к вам никакого интереса, нет никаких обязательств, нет предварительной договорённости, зачем я буду пытаться выкрутиться, предлагать другие варианты, другие спутники и так далее? Если мы с вами договариваемся, то мы с вами договариваемся. Если нет – нет. Зачем же я вам буду потом перезванивать, юлить, что-то предлагать в обмен, уходить от прямого ответа на вопрос, почему же я всё-таки не должен вещать на тех параметрах, о которых изначально договаривались, и так далее?  

– Как вы прокомментируете мнение о том, что ваш канал – антироссийский и будет способствовать дестабилизации на Северном Кавказе?

– Все, кто смотрел наши передачи, признают, что ничего антироссийского в них нет. Нет никакой поддержки  сепаратизма, нет призывов к насилию, к революции, тем более, чего-либо, оскорбляющего честь и достоинство русского народа.

Я подозреваю, что те, кто так истерично  отнёсся к началу нашего  вещания, просто не видели передач «Первого кавказского». Если бы видели, предложили бы собственную продукцию, которую мы, конечно, готовы выпустить в эфир.
  
Когда два государства находятся в конфликтной ситуации, когда в Грузии русский язык практически исчезает, и в этот момент в той же Грузии создаётся русскоязычный телеканал, – это надо только приветствовать и радоваться.